Бариатрическая операция прошла успешно и, как ожидалось, незамедлительно начала давать мне ожидаемый результат. В меня не лезла не то что еда, даже воду приходилось пить чайными ложечками. За первый месяц я сбросила 20 кг! За второй — только 10. А затем «статистика» стала еще печальнее, пока
вес не встал намертво.

Мне никто не сказал, что даже ушитый до «чайной ложечки» желудок все равно начнет постепенно растягиваться, а я буду подсознательно увеличивать порции до привычных. Плюс ко мне начало возвращаться чувство постоянного, ненасытного голода, с которым я рассчитывала больше никогда не
встретиться…

У меня снова началась паника. И мысли о повторной операции. Тем более, я «закопалась» в форумы еще глубже и познакомилась с женщинами, которые прошли три, пять, восемь подобных процедур.

В интернете я видела только парадные фотографии «до и после». И не знала о том, что есть и другие — спустя год, два. Когда голод и
бесконтрольное обжорство неумолимо возвращались. И после каждой операции
результаты были все хуже. 

Ну вот и всё. Конец. Безысходность, как она есть. Моя последняя надежда рассыпаась на атомы.

Я почувствовала себя уставшим зверем, загнанным в угол.

Только любой, даже начинающий охотник знает: нельзя создавать ситуацию, в которой животное оказывается вот так загнано. Потому что теперь все, что остается зверю — это пробиваться с боем. С мизерным, но шансом
убежать. В противном случае — неминуемая смерть.

А меня смерть не устраивала.

 Мне не с кем было поговорить об этом, поэтому я размышляла молча. В полной тишине: неужели это финал? Я прошла все самоистязания, голодные диеты, опасные для здоровья препараты, операцию, наконец! И все вот так кончится, ничем? Получается, выхода нет? Я обречена быть толстой — и это
навсегда? До конца жизни, не факт, что длинной — я буду постоянно находиться в зоне риска? И жить с непрекращающейся тревожностью, с осознанием, что могу в любой момент умереть — просто от остановки сердца, которое не выдержит чудовищной нагрузки? 

Вот это всё, что я сделала — это было зря?

И что-то во мне тогда переключилось. Я не пошла заедать это привычное чувство обиды, бессилия, безысходности. Оно стало настолько жгучим, настолько сильным, что это было ничем не заглушить. И я разозлилась. На весь
мир — за то, что лишил меня надежды на жизнь стройной здоровой женщины.